Международная ассоциация судебных токсикологов

Теперь все встало на свои места. Выяснилось, что Тоббина осудили не только за то, что он американец, но и за то, что он вроде бы шпион. Раньше были только косвенные свидетельства: отбывающий наказание в колонии общего режима N8 в городе Россошь гражданин США получил образование в институте министерства обороны, а также прошел подготовку в разведывательной школе Хуачука (штат Нью-Мексико), где получил диплом по специальности "специалист по ведению допросов". Располагая такой информацией, граждане следователи и граждане судьи подвергли сомнению утверждение подсудимого, что он приехал обучаться в аспирантуре Воронежского университета ради приобретения знаний.

И вот теперь нашелся человек, который на собственной шкуре проверил профессионализм специалиста по ведению допросов Джона Тоббина. Зовут человека Дмитрием Кузнецовым. Он профессор, специалист по проблеме отравления соединениями ртути. В 1989 году Кузнецов приехал в США по приглашению главного редактора "Международного журнала нейрохирургии" Сиднея Вайнштейна и около десяти лет сотрудничал с данным изданием и читал лекции.

В декабре 1997 года, как утверждает гражданин Кузнецов, его противозаконно арестовали в банке в момент обналичивания чека, предъявив обвинения в банковских махинациях. В результате он оказался в тюрьме штата Коннектикут, где его навестил Тоббин, который был представлен агентом ФБР.

Агент два часа беседовал с Кузнецовым, у которого сложилось впечатление, что Тоббина интересуют не банковские дела, а его русские коллеги, как работающие в США, так и в России, подробности их научной и частной жизни. При этом он, как сообщают информагенства, "давал понять, что "все проблемы могут быть решены" в случае согласия на сотрудничество".

В мае, действительно, все проблемы решились. Кузнецов вышел на волю, отрецензировав по просьбе Тоббина несколько статей по токсикологии и заплатив 2500 долларов штрафа. А впоследствии отчитал 150 часов бесплатных лекций и тут же отчалил в Москву. Когда он через полгода вновь отправился в Штаты, то никаких проблем с визой у него не возникло.

Всю эту историю поведал общественности руководитель группы общественных связей УФСБ по Воронежской области Павел Большунов. При этом господин Большунов наплевательски отнесся к мудрости Юлиана Семенова, вложенной в уста Шелленберга: "Маленькая ложь порождает большое недоверие".

Согласно версии ФСБ, Кузнецов увидел Тоббина по телевизору, опознал и побежал докладывать о своем открытии в органы. Вряд ли. Потому что очень велик шанс оказаться на скамье подсудимых рядом со специалистом по допросам. Слишком уж маленькую цену, если ему поверить, он заплатил за освобождение из американской тюрьмы. И Кузнецов не мог не понимать, что родные органы его сразу же начали бы сильно трясти.

Кузнецов объясняет свой поступок, словно изрядно зомбированный человек: "Я принял такое решение, поскольку полагаю, что этим я помогу российским гражданам в США, с которыми могут поступить так, как со мной. Это мой долг гражданина России".

В дальнейшем была устроена очная ставка, на которой Кузнецов "на сто процентов" узнал Тоббина, а тот его на столько же процентов не узнал.

Большунов заявляет, что пока еще дело нашего заокеанского гостя не переквалифицировано в шпионское. Однако воронежские фээсбешники усиленно собирают материалы. Речь идет о том, что Тоббин, вероятно, вербовал кого-то из российских ученых. Кого, с какой целью, за сколько долларов? ФСБ по этому поводу хранит молчание.

Вместо этого с большим иезуитским чувством заявлено: "Американец вливается в коллектив заключенных, которые все являются российскими гражданами. Дж. Тоббин, которому осталось отсидеть около семи месяцев, получит в колонии квалификацию столяра".

Да, аргументов у ФСБ пока маловато. Оно лишь считает "неслучайной" повышенную обеспокоенность Госдепа, конгресса и посольства в Москве судьбой рядового марихуанщика.

Однако можно не сомневаться в том, что со временем отыщутся 3-4 завербованных "Кузнецовых". Тоббину добавят срок, а затем отпустят. Либо в качестве акта доброй воли, либо в обмен на томящегося в американских застенках кого-нибудь.

Меняются названия стран, конституции, аббревиатуры, однако стиль работы спецслужб не претерпевает изменений. Причем не только наших, но и всяких других. В том числе и американских. Храни нас Господь!..